?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

“Мертвые души”

С разрешения театра не могу не поделиться с любителями музыкальных жанров необычным творением Александра Пантыкина - его "лайт-оперой", музыкальной фантазией на темы Гоголя "Мертвые души". Спектакль был номинирован на "Золотую маску" в десяти номинациях и получил 4 главных премии - как лучший мюзикл, лучшая музыка, лучшая работа режиссера (Кирилл Стрежнев) и лучший дирижер (Борис Нодельман).

Я еще раз посмотрел его на гастролях театра в Петербурге, где в те же дни по случайному стечению обстоятельств в Мариинке давали премьеру "Мертвых душ" Щедрина в постановке Бархатова - контраст оглушал: Бархатов создал скучнейшее, художественно бессмысленное действо, с которого толпами уходили зрители.

На спектакль Стрежнева билеты были распроданы заранее, и публика в финале неистовствовала. Потом это повторилось и на единственном спектакле в Москве.

Эту запись я сделал на одном из премьерных спектаклей в Екатеринбурге в 2009 году.

МЕРТВЫЕ ДУШИ– спектакль Свердловского академического театра музыкальной комедии.

Ниже - моя статья об этой премьере, напечатанная тогда же в "Российской газете".

Этим масштабным проектом театр подтвердил курс на поиски новых форм музыкального спектакля. Курс давний и принципиальный, здешнее ноу-хау. Свердловскую музкомедию давно зовут «лабораторией оперетты»: для нее писали Кабалевский и Милютин, Фельцман и Журбин… Здесь первыми стали ставить западный мюзикл – «Черный дракон» Модуньо, «Хелло, Долли!» Германа. Здесь возникла целая школа современного мюзикла, родились «Figaro» на музыку Моцарта, «Ночь открытых дверей» Кармазина, «Храни меня, любимая» Пантыкина, «Екатерина Великая» Дрезнина, отсюда начал победное шествие по странам молодежный мюзикл «Силиконовая дура» Пантыкина… И вот теперь мировая премьера «Мертвых душ».

Поэт Константин Рубинский написал либретто, за которым стоит серьезное углубление не только в поэму, но и в мир Гоголя, сам воздух его поэм, разорванный в куски болью за Россию. Как поднятые взрывом, на зрителя сыплются осколки этого мира – цитаты, фразы, мотивы «Сорочинской ярмарки», «Ревизора», «Тараса Бульбы», «Женитьбы»… Уйдя от иллюстрирования сюжета, Рубинский сделал Чичикова наследником Хлестакова и создал свою трагикомическую логику развития действия – настолько непредсказуемую, что спектакль, по названию хрестоматийный, захватывает с первых минут и несет вас на мощной волне эмоций к финалу – неожиданно тихому, метафоричному и ошеломляюще грустному.

В музыке Пантыкина ничто не напоминает ни о том, что ее написал кумир поколений «дедушка уральского рока», ни о том, что мы слушаем ее в стенах опереточного театра. Она сложна для исполнения и проста для восприятия, она естественно вырастает из поэтики гоголевских строк (чутко услышанной и без зазоров развитой либреттистом). Ее ближайшие соседи по музыкальному стилю – Прокофьев, Шнитке, Щедрин. Прозаического текста почти нет, пластика десятков персонажей управляется ее ритмами и внутренней логикой, эта пластика делает музыку видимой. Режиссер, дирижер, хореограф, художник и звукорежиссер (его роль велика) вместе с авторами работают как единый организм, и это редкий в театральном мире случай творчества коллективного, увлеченного, интеллектуально насыщенного.

Вихревое, неостановимое, «наводящее ужас движенье» в наглухо запаянном кольце - главный образ спектакля. Перед нами воронка – то ли величественно мрачный туннель, по которому души отлетают к Богу, то ли дорога, все ведущая и никак не приводящая к свету в конце туннеля (сценограф Сергей Александров). В этом мистическом пространстве неприкаянно бродят белесые души (их пластически воплощает Эксцентрик-балет Сергея Смирнова). В нем - броуновское движение персонажей губернского «света», воспаленный губернаторский бал, лунатическая Коробочка (гротескный Владимир Смолин) и зычный Ноздрев (Владимир Алексеев). Здесь мыкается Лизонька (одна из звезд труппы Мария Виненкова) – единственная, кому удастся согреть замогильный мир теплом любви. Головокружительную трансформацию претерпел возница Селифан (Павел Дралов): в нем воплощено природно здоровое начало народа, который все тянется к свету культуры, но которому этот свет исправно отрубают.

И наконец, Чичиков – самый неожиданный герой спектакля. Вальяжная пухлость коллежского советника сменилась спортивной прытью молодого авантюриста – в спектакле это, напомню, прямой наследник Хлестакова, который тоже материализуется в мистической, словно по волшебству явившейся фигуре спектакля. Чичикова играет один из молодых, щедро одаренных актеров труппы Евгений Зайцев. В финале ему, как и Лизоньке, предстоит, сбросив малиновый сюртук, стереть с лица грим и предстать просто человеком, которому не повезло родиться в стране, где все мухлюют и чем-нибудь торгуют, от мертвых душ до собственной совести. Оба оказываются способными учениками общественной ситуации. Оба, судя по прикидам, отбывают в нашу современность, где подарят стране новых Чичиковых. И не будет этому туннелю конца.

Это спектакль, где для каждого персонажа, от губернаторши (Светлана Кочанова) до поварихи (Ольга Култышева), найдена своя запоминающаяся краска, где виртуозно использовано искусство микрофонного пения (вокальный руководитель Елена Захарова). Дирижер Борис Нодельман обеспечил уже традиционно высокое качество оркестра и ансамблей. Кирилл Стрежнев подтвердил свое реноме мастера-экспериментатора, возводящего музыкальный театр нового века. Его построенный на метафорах спектакль снова предлагает нам модель, у которой нет аналогов. Это служит источником раздражения для консервативных критиков. Их главный аргумент: не оперетта, не мюзикл и не опера – что же? Пантыкин определяет свое творение как light opera. Термин, абсолютно необходимый сейчас, когда многие композиторы явочным порядком пишут нечто, выходящее далеко за рамки мюзикла, приближающееся к оперным формам, и все же от них отличное. Та же «Золотая маска» находится в вечной растерянности: по какому рангу это числить? Там до сих пор существует архаичное правило, по которому опере и оперетте путь в конкурс заказан, если они используют микрофоны. Это значит, операм Уэббера «Маска» дала бы от ворот поворот. И даже спектаклям нью-йорской Мет, где без микрофонов не поют. Архаизм и пуризм представлений наших критиков о формах современной музыкальной сцены – камень на пути ее развития. Но это уже другая тема.

Comments

( 8 comments — Leave a comment )
sannykoff
Jan. 31st, 2012 05:26 am (UTC)
"Это служит источником раздражения для консервативных критиков".
Наверное это новая форма, ничего не имею против, пусть так, хотя всё это видено-перевидено. Наверное я раздраженный и очень консервативный, но уровень актерского мастерства удручает, оно просто за гранью! Такое впечатления, что актёры шагнули прямо из народного театра на профессиональную сцену. Но у нас, на родине Станиславского и Михаила Чехова - это становится нормой.((( Очень обидно, ведь это показывают людям за деньги.
valery_kichin
Jan. 31st, 2012 05:39 am (UTC)
Боюсь, Вы видели слишком много профессиональных сцен, работающих на уровне народного театра, и уже неспособны оценить действительно высокопрофессиональную работу. Как видите, взыскательные зрители трех крупнейших театральных центров России с Вами не согласны. Равно как и жюри "Золотой маски". Если все шагают не в ногу - может быть, стоит задуматься о верности (и современности) своих критериев?
Хочу также обратить Ваше внимание на то, что Михаил Чехов никогда не играл в музыкальном театре и соответственно работал по другим сценическим законам. Станиславский тоже разрабатывал Систему не для оперы и оперетты. Там другая степень условности, другой язык - критерии МХАТа там неприменимы. Как и во МХАТе неприменимы законы оперного действа. Извините, что напоминаю азбучные истины.


Edited at 2012-01-31 09:49 am (UTC)
sannykoff
Jan. 31st, 2012 08:18 am (UTC)
Уважаемый Валерий! Я не знаю такого жанра, как light opera. Я знаю жанр оперетты. Знаю, что в институте к студентам музкомедии предъявляют повышенные требования. Актёр оперетты должен обладать идеальным слухом, должен быть пластичен, он должен быть хорошим танцором, но ко всему этому, он изучает мастерство актёра. Как по Вашему, Гликерия Богданова-Чеснокова, Татьяна Шмыга, Виктор Костецкий могли бы освоить трудные сценические условности нового жанра?
Наверное, поэтому в «ноу-хау» свердловской «лаборатории оперетты» я не могу разобраться. Извините. Вы не подскажите, где можно узнать подробнее об этом жанре? В продемонстрированном Вами видео я смог понять, что художник профессионально создал декорации, насколько мне позволяет слух, услышал, что музыканты не фальшивят, костюмы пошиты тоже, по-моему, профессионально, режиссер наверняка учился в театральном ВУЗе… Что ж это за «ноу-хау» театрального действа, что ж это за мера условности, что за отдельные такие сценические законы, где только актёры должны плюсовать, «шакалить» (извините за профессиональный сленг), кривляться, делать всё «понарошку» и «как будто бы»???
valery_kichin
Jan. 31st, 2012 08:54 am (UTC)
Уважаемый г-н Санников (извините, Вы не указываете Вашего имени в своем блоге)! Вы знаете жанр оперетты - я тоже. Но я также знаю, что жанр оперетты имеет к произведениям типа "Иисус Христос суперстар" еще меньше отношения, чем к Чехову (Антону или Михаилу - в данном случае все равно). Шмыга или даже Богданова-Чеснокова не могли бы в них играть - принципиально иная школа, не говоря об очевидной архаике, а значит, невостребованности стиля обеих. "Мертвые души" ближе жанру мюзикла. И я думаю, Вы согласитесь с тем, что "Кошки" или "Чикаго" требуют иной актерской школы. Екатеринбургский театр сегодня единственный в стране, где успешно пытаются разработать основы такой школы - универсальной, включающей не только традиционный вокал, но и джазовое пение, и рэп, и рок (смотрите мой ролик о спектакле "Силиконовая дура"). Никакая Шмыга не могла бы ничего этого сыграть.
Второе. "Мертвые души" - фантазия на темы гоголевских гротесков. Вы думаете, Костецкий мог бы сыграть Нос, Ноздрева или Коробочку? Здесь нужны скорее маски, зловещий карнавал, и - да, гротеск. То, что Вы называете плюсованием. Яркие маски, функции в сатирической игре. Если Вы посмотрите другие спектакли того же театра - "Силиконовую дуру" или "Екатерину Великую" - Вы сможете убедиться, что те же актеры великолепно владеют искусством психологической игры. Потому что это другие спектакли другого стиля и жанра. В "Парижской жизни" та же труппа может играть оперетту, причем на уровне любимой мною Богдановой-Чесноковой. Это я и ценю, когда говорю о важности такой школы для развития отечественного музыкального театра.
Один из ведущих питерских режиссеров, побывав в Екатеринбурге на конференции по муз. театру, признал, что ему придется сейчас круто менять все принципы подготовки актеров в Петербургской консерватории - потому что ничего подобного ни в Питере, ни в Москве пока нет.
Я его мнение разделяю. Это в принципе. А об отдельных деталях любого спектакля и любых актерских работ можно спорить.
Лайт-опера, как я ее понимаю, - нечто среднее между мюзиклом и оперой. По вокальным трудностям - на уровне оперы. Но при этом нужно держать опереточный "драйв", что театру удается очень хорошо. За счет актерского азарта, ритма, опасного баланса на грани комикования, которое здесь более чем уместно. Эту лайт-оперу не сможет поставить ни один опереточный театр Москвы или Петербурга - там нет актеров, готовых выполнить этот комплекс задач. И если мы говорим о разведке новых возможностей увядающего жанра оперетты-мюзикла, этот опыт очень ценен. Что и было отмечено "Золотой маской".
sannykoff
Jan. 31st, 2012 09:08 am (UTC)
Убедительно! Спасибо! Я очень рад, что где-то идёт РАБОТА! Буду внимательно следить за этим театром, очень хочу оказаться неправым.
valery_kichin
Jan. 31st, 2012 10:29 am (UTC)
Спасибо Вам за терпимость и извините меня за излишнюю горячность в первом ответе - стало обидно за хороших актеров.
Если не видели, посмотрите еще одну мою запись спектакля "Силиконовая дура", сделанную на гастролях в Петербурге - это совсем иного стиля молодежный мюзикл, попытка опереточного театра войти в компьютерный век. Она здесь:
http://www.youtube.com/watch?v=XvstSqPEVp0

Впрочем, любительская запись дает очень отдаленное представление об уровне спектаклей. Тогда, возможно, Вас более убедит профессионально сделанный ролик - монтаж сцен из "Екатерины Великой":
http://www.youtube.com/watch?v=JUYr1zuyCts

И еще продолжение ролика - сцены из 2-го акта "Екатерины Великой": здесь как раз есть образцы как традиционного вокала (не всегда безупречного уровня), так и рэпа, и народной песни, и традиционной оперетты:
http://www.youtube.com/watch?v=t-jG6ZwDTpA



pingback_bot
Jan. 31st, 2012 10:04 am (UTC)
“Мертвые души”
User vosnesensky referenced to your post from “Мертвые души” saying: [...] Оригинал взят у в “Мертвые души” [...]
pingback_bot
Feb. 1st, 2012 05:20 am (UTC)
"Мертвые души", Екатеринбург
User mariza19 referenced to your post from "Мертвые души", Екатеринбург saying: [...] отличать искусство от ширпотреба...   Оригинал взят у в “Мертвые души” [...]
( 8 comments — Leave a comment )

Profile

Bear
valery_kichin
valery_kichin

Latest Month

November 2018
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner