Ну что сказать перед вылетом из Канна?

Грустно, братцы.

Не от распределения призов – там как раз многое справедливо, да и выбирать было действительно трудно. Я рад, что фильм Мунджиу получил аж три премии, включая драматургическую, – это признание качества и важности картины. Рад успеху Миккельсона – он играл, точнее, прожил роль фантастически. Рад за Ханеке, хотя думаю, что третья крупная премия в Канне (включая Приз жюри за «Пианистку» и Золотую пальму за «Белую ленту») – это уж слишком. Он режиссер крупный, но не настолько. К тому же строит свое творчество главным образом на шоке, эпатаже, что, на мой взгляд, есть «путь протоптанней и легче».

Грустно, братцы, оттого, что фестивали (как, впрочем, и спорт) все больше приобретают черты задачки с готовым ответом, игры с заранее предопределенным результатом.

Не случайно все мы так внимательны к фигуре председателя жюри. Понимаем, что от него зависит не просто многое, но – почти все. Актеры, которые входят в жюри, будут смотреть ему в рот, потому что каждый мечтал бы сняться у Тарантино или даже Моретти. Модельеры вообще не имеют мнения – они больше по части фестончиков. Композиторы – крайне мною уважаемая профессия – оценивают музыку, а ее чаще всего теперь в фильмах нет. Художники восхищены тем, как сочетается занавеска на окне с багровостью заката. Актеры ревнуют к коллегам, которые вот-вот уедут на белом коне.

И только председатель судит единовластно и категорично. Он суров, но справедлив. С ним нужно быть мягче. И надо идти ему навстречу. Вот он из Италии – и понятно, что хочет еще раз прославить страну Данте. Пусть даже таким дерьмовым фильмом, как «Реалити-шоу». Дадим Гарроне Гран-при – и всем будет приятно. А что зал посвистит немного – так там всегда всем недовольны.

Вот примерно такие рассуждения – только они – могли привести к тому, что при изобилии сильнейших картин побеждает слабейший.

Когда я выстраивал рейтинги и робкие прогнозы, я не упомянул о картине Гарроне даже в связи с неизбежными патриотическими чувствами Моретти. Мне казалось, что уж так позориться он не станет – все слишком бесспорно, слишком очевидно: фильм в своем жанре почти беспомощен. Я ошибся. Романтическая вера в человечество в очередной раз подвела.

При этом Моретти подвел сам себя. В юбилейный для фестиваля год Франция выставила на конкурс такие яркие фильмы, как «Ржавчина и кость» Жака Одиара и «Holy Motors» Леоса Каракса. Это был самая сильная французская программа за многие годы. Но Моретти ее не заметил. Возможно, он принял за французский фильм «Любовь», который с французскими актерами, на французском языке, и действие происходит в Париже. Но Ханеке – австриец. И в Австрию увезет свою «пальму». А французы – великие мастера – остались с носом.

Моретти забыл про Францию. Не уверен, что Франция ему это забудет.

Спасибо всем, кто был со мной в этом журнале все эти горячие дни. У меня прибавилось много друзей, и я рад им. Спасибо за многочисленные «спасибо», полученные мной в журнале и в «личке». Лечу в Москву, там, по-моему, сейчас еще горячее.

Основные призы 65-го Каннского международного кинофестиваля

Золотая пальмовая ветвь – «Любовь», реж. Михаэль Ханеке.

Гран-при – «Реалити-шоу», реж. Маттео Гарроне

Приз жюри – «Ангельская доля», реж. Кен Лоуч.

Лучшая режиссура – Карлос Рейгадас («После заката»)

Лучший сценарий – Кристиан Мунджиу («По ту сторону холмов»)

Лучшая мужская роль – Мадс Миккельсен («Охота»)

Лучшая женская роль – Космина Стратан и Кристина Флютур («По ту сторону холмов»)

Приз «Золотая камера» - Бен Цейтлин («Зверь южной дикой природы»)

Приз программы «Особый взгляд» - «После Лючии», реж. Мишель Франко.

Первый приз программы студенческих работ Cinefondation – «Дорога на...», реж. Таисия Игуменцева (ВГИК)

Вышел последний, уже полный рейтинг критических оценок в журнале Screen. Фильм Джеффа Николса «Муд» заслужил почетные 2,8 балла, разделив третье место с фильмом Кена Лоуча «Ангельская доля». А южнокорейский фильм «Вкус денег» с его марсианским юмором побил рекорд фильма Насраллы «После битвы», до сих пор занимавшего последнее место, и со своими 1,4 баллами оказался самым главным аутсайдером нынешнего конкурса.

Значит, не я один затруднился в определении его жанра, стиля и смысла.

Тем временем над Канном разразилась свирепая гроза. Как пойдут звезды, макая в лужи хвосты туалетов, под проливным дождем блистать перед камерами, не представляю.

По общему признанию, Каннский фестиваль был беспрецедентно сильным: добрая половина из 22 конкурсных фильмов могла претендовать на призы.

Потенциальные лидеры сгрудились очень плотно, и кому из фаворитов отдать предпочтение, решать как никогда трудно. Первым номером идут каннские лауреаты Кристиан Мунджиу с антирелигиозной драмой «По ту сторону холмов» и Михаэль Ханеке, показавший трагический процесс умирания двух очень старых людей, для которых вынесенное в название слово «Любовь» обрело еще более глубокий смысл. Перешагнувшие за 80-летний рубеж Эммануэль Рива и Жан-Луи Трентиньян сразу вошли в число претендентов на актерские призы. Сильным конкурентом считается и «Охота» Томаса Винтерберга с грандиозной работой Мадса Миккельсена в главной роли. Абсолютно покорили публику французы Леос Каракс с оригинальнейшим сюром «Holy Motors» и Жак Одиар с мелодрамой «Ржавчина и кость»; в обеих лентах яркие роли Дени Лавана (в первой), Марион Котийяр и Матиаса Скунартса (во второй). В тени этих картин чуть померкли блестящие комедии «Королевство полной луны» Уэса Андерсона и «Ангельская доля» Кена Лоуча. Высоко оцениваются шансы боевика «Ограбление казино» Эндрю Доминика. В последний день к фаворитам добавился «Муд» Джеффа Николса – обаятельная история в стиле «Гекльберри Финна» о путешествии двух подростков и одного взрослого дядьки. И наконец, в число претендентов вошла германо-белорусско-латышско-российская военная драма Сергея Лозницы «В тумане», в рейтинге международной прессы набравшая 2,9 балла и занявшая, таким образом, место на второй ступеньке почета, разделив его с еще тремя лидерами.

В субботу критики подтвердили свой выбор: фильм Лозницы взял приз ФИПРЕССИ. Решения главного жюри прогнозировать невозможно: как минимум три фильма заслуживают высшей награды, а лучших актеров не счесть. Я не знаю еще и судьбы фильма Лозницы, за которого «болею» вместе со всем нашим репортерским пулом, но думаю, что некоторые просчеты могут помешать его победе. О них я подробно писал в рецензии, опубликованной и в «Российской газете» и в ЖЖ.

Я рад успеху Лозницы у жюри ФИПРЕССИ, но к этому призу давно отношусь без доверия: знаю о постоянном лоббировании тех или иных фильмов, о «зонах влияния» чересчур активных коллег, именно так понимающих свою миссию и рвущихся порулить процессом. Мне все-таки кажется, что смысл любого соревнования – в честности и объективности определения результатов. Иначе это как футбольный матч с заранее определенным счетом, - неинтересно. Еще раз: был бы безусловно рад такому решению, если бы мог поверить в его объективность.

Поэтому сейчас самый волнующий вопрос: повторится ли этот успех у большого жюри, куда обычно не могут дотянуться руки даже всесильной дирекции Каннского фестиваля. Да она и не вмешивается в вердикты. Может потом выразить свое отношение, но по ходу голосования остается нейтральной. Болел и болею за Лозницу, хотя и остро ощущаю недостатки его картины.

А в принципе в решениях каннских жюри тоже бывают свои политические расчеты. Напомню скандальную ситуацию, когда стараниями председателя жюри Тарантино лучшим игровым фильмом оказалась документальная агитка Мура о Буше. Или экстравагантный вердикт, отодвинувший всех звезд на задний план и признавший лучшими актерами непрофессионалов.

Будут соблазны войти в историю и у нынешнего жюри под водительством Нанни Моретти. Например, как здесь предрекают, дать приз за лучшее исполнение мужской роли Аньелле Арене – заключенному, отбывающему в тюрьме пожизненный срок за убийство. Он действительно сыграл неплохо в фильме «Реалити-шоу» Маттео Гарроне – но каков будет эффект, каков скандал! Так что есть, несомненно, такой соблазн.

А можно наградить Рейгадаса, с фильма которого ушли все знакомые мне критики, не в силах досмотреть до конца. Тоже будет благодарное поле для толкований.

Вообще, идти прямо против критических рейтингов – любимое занятие каннских жюри. Так что ждем необъяснимых неожиданностей. Более того, если их не будет, большинство уедет разочарованными.

На Каннском кинофестивале объявлены лауреаты второй по значению конкурсной программы «Особый взгляд».

Жюри под председательством актера и режиссера Тима Рота присудило главный приз фильму Мишеля Франко «После Лючии» (Мексика). Специальный приз жюри достался фильму «Большой вечер» Бенуа Делепена и Густава Керверна (Франция).

Лучшими актрисами признаны Сюзанн Клеман в фильме «Лоуренс любой ценой» и Эмили Декен в фильме «Утраченный рассудок».

Специального упоминания жюри удостоен боснийский фильм Аиды Бегич «Дети Сараево».

Программа «Особый взгляд» показала 20 фильмов 26 режиссеров из 17 стран. Россия, в прошлом году получившая в этой программе Специальный приз жюри за фильм Андрея Звягинцева «Елена», в этом году в ней не участвовала.

Фильм Сергея Лозницы получил приз международной ассоциации кинопрессы "ФИПРЕССИ.

Будем надеяться, это только начало.

Первое место в рейтинге журнала «Screen» по-прежнему держат «Любовь» Ханеке и «По ту сторону холмов» Мунджиу.

На второе место вышел – ура! – фильм Сергея Лозницы «В тумане», разделив его с «Охотой» Винтерберга, «Ржавчиной и костью» Одиара и «Ограблением казино» Доминика (2,9).

На третьем месте - «Ангельская доля» Кена Лоуча (2,8)

На четвертом – «В дороге» Саллеша (2,7)

На пятом – «Королевство полной луны» Андерсона и «Вы еще ничего не видели» Рене (2,6)

На шестом – «Кто-то влюблен» Киаростами (2,4)

На седьмом – «Космополис» Кроненберга (2,2)

На восьмом – «В другой стране» Хон Сан-су (2,1)

На девятом - «После заката» Рейгадаса и Holy Motors Каракса (2,0)

На десятом – «Реалити-шоу» Гарроне (1,9)

На одиннадцатом – «Вне закона» Хиллкота (1,7)

На двенадцатом – «Газетчик» Дэниэлса (1,6)

На тринадцатом - «Парадиз: любовь» Зайдля и «После битвы» Насраллы. (1,5)

В один из последних дней в гонку за Золотой пальмой включился фильм бывшего канадского бунтаря и авангардиста Дэвида Кроненберга «Космополис» - антиутопия о хаотическом конце капитализма.

В охваченном паникой и беспорядками Нью-Йорке Эрик Паркер, мультимиллионер и «золотой мальчик» с Уолл-стрита в белом лимузине пытается осуществить важную жизненную задачу – посетить своего парикмахера. Нужно ехать через весь город, но он в смертельных пробках. Улицы стали совсем непроезжими после того, как парализованный Манхэттен навестил президент страны. Хаос стремительно нарастает, и вскоре герою остается только беспомощно наблюдать за крахом своей финансовой империи из шикарного, но бесполезного автомобиля. К тому же у него крепнет подозрение, что некто собирается его пристрелить.

Картина снята по роману Дона ДеЛилло, который трудно назвать антиутопией просто потому, что сюжет кажется актуальным уже сегодня. Ну, разве только чуть-чуть опережает события.

Как следует из пресс-конференции с Дэвидом Кроненбергом, книгу ДеЛилло он даже не читал – продюсер Паоло Бранко предложил ему идею, и он нашел ее интересной. Это – вопреки его обыкновению, потому что он предпочитает разрабатывать собственные проекты. Но,получив предложение, он прочитал книгу – и согласился. Написал сценарий за шесть дней. Потому что диалоги из романа можно было просто перепечатывать на компьютере. Кроненберг находит их изумительными, блестящими, достойными пера Гарольда Пинтера.

ДеЛилло – американец, Кроненберг – канадец. Кроненберг утверждает, что есть между двумя странами принципиальная разница. «В Америке и Европе считают, что канадцы – просто усовершенствованная версия американцев – они утонченнее и лучше себя ведут. Но все гораздо сложнее. В Канаде не было революций, рабства и гражданских войн, вооружены здесь только полиция и армия. Гражданское население совсем не склонно к вооруженному насилию, и у нас есть такое сильное чувство общности, что американцы считают нас социалистической страной. ДеЛилло сделал так, что я могу понять Америку», - говорит Кроненберг.

Увлекшись блестящими диалогами, Кроненберг практически целиком построил на них свою картину. Благо действие в основном замкнуто в навечно застрявшем в пробке лимузине. Полный коллапс города, страны, капитализма и мира в целом – главное ощущение, которого хочет добиться режиссер, и манекеноподобный Паттисон с его отлакированной мертвечиной супермодели здесь, пожалуй, на месте.

В этом лимузине проходят все драмы данного жизненного этапа героя – включая драматическое расставание с любовницей (Жюльетт Бинош). В салоне лимузина проходит и почти весь фильм, и его монотонность достигает критической отметки: в зале начинается недовольное шевеление.

Тема всевластных денег – ведущая тема фильма – сближает его с южнокорейским «Вкусом денег», но все познается в сравнении, и теперь я могу признать, что корейцы оказались интереснее, изощреннее маститого канадца. Там не менее мрачно, но по крайней мере весело. Зато Кроненберг приходит к важному выводу: Маркс был прав в своем «Коммунистическом манифесте», когда предрекал: капитализм достигнет таких степеней экспансии, а общество станет развиваться со скоростью, уже неподконтрольной человеку, и тогда мир станет совершенно непредсказуемым и неуправляемым. Это написано в 1848 году! – восклицает Кроненберг. И именно эту картину стремится воспроизвести в фильме. «Я часто думаю, что бы сказал о моей картине сам Маркс – ведь она показывает свершение его пророчеств!» - говорит Кроненберг.

В рейтингах фильм оценили весьма низко: 2,2.

Быстро умирающий Каннский фестиваль – одно из самых грустных зрелищ: «Где стол был яств – там гроб стоит». Он начинает умирать очень рано, первые признаки конца появляются за неделю до финала.

Сначала выдыхаются его спонсоры, и девушки, которые первые пять дней настойчиво протягивали вам бутылки с минеральной водой, делая нам запас и для жарких просмотров и для отельного холодильника, вдруг исчезают. Потом начинают быстро тощать ежедневные журналы – они уже выстрелили весь запас рекламы, и коммерческого смысла в их дальнейшем выходе уже нет. Они начинают один за другим закрываться, и последний из них снабжает нас информацией за три-четыре дня до окончания фестиваля. А потом стенды со свежей прессой пустеют. И все меньше цветной макулатуры с разнообразными буклетами, расписаниями и приглашениями я выгребаю из своего пресс-бокса; сегодня не выгреб уже не единой бумажки.

За три дня до конца начинает упаковывать вещички кинорынок. Огромные пространства, заполненные мерцающими мониторами, буклетами, компьютерами и представителями всех мировых кинопроизводящих компаний, начинают пустеть, мониторы скрываются в картонных коробках, представители компаний заказывают такси в аэропорт.

И вот сегодня, когда до церемонии закрытия и объявления лауреатов остается еще больше суток, фестивальный дворец гулок и пуст. Случайные журналисты поднимаются по эскалаторам, ушли секьюрити, оберегавшие звезд от слишком назойливого интереса прессы, зал для пресс-конференций опустел до будущего года.

На экранах повторяются уже виденные фильмы. И, по вечной зловредности судьбы, именно те две конкурсные картины, которые я пропустил, по времени совпадают с церемонией закрытия, и я их уже не увижу – буду передавать в редакцию последние новости о призерах 65-го Каннского фестиваля.

Поговорил со встреченными случайно коллегами. Вопрос один: кто получит призы?

Все прогнозы вращаются вокруг одной и той же обоймы названий: Золотую пальмовую ветвь большинство сулит “Любви” Ханеке, правда, допускают победу "Охоты” Винтерберга и “По ту сторону холмов” Мунджиу. Актерские призы, по мнению большинства, светят Трентиньяну в “Любви” и Марион Котийяр в “Ржавчине и кости”. Кто-то в числе претендентов на премию за режиссуру назвал Рейгадаса, которого мне пришлось пропустить. Поскольку я картину не видел, то для меня здесь первенствует Эндрю Доминик в «Ограблении казино» (Killing Them Softly). Считают также, что французы просто не смогут не наградить своего ветерана Алена Рене.

И никто не прогнозирует приз фильму Лозницы. Увы, я тоже. Очень хотел бы в этом ошибиться.

Заметим, что никто также не назвал Каракса и Лоуча, которые, по-моему, более чем заслужили награду. Но вообще, очень классных фильмов больше, чем призов, и кто-то непременно останется обойденным.

Теперь не прогноз, а из серии «Если бы директором был я…». Так вот, я бы распределил призы так:

Золотая пальмовая ветвь – «По ту сторону холмов»

Гран-при – «Охота»

Приз за режиссуру – «Ограбление казино»

Лучшая мужская роль – Трентиньян («Любовь»), Мадс Микельсен («Охота»)

Лучшая женская роль – Эммануэль Рива («Любовь»), Марион Котийяр («Ржавчина и кость»)

Специальный приз жюри – Каракс.

Но жюри со мной наверняка не согласится. Смейся, паяц, над разбитой любовью!